«Я не вижу другого решения», — отрезал он, когда я спросил, верит ли он по-прежнему в возможность сосуществования Израиля и палестинcкого государства, которое еще предстоит создать. Бывший палестинский министр, ветеран мирных переговоров, поспешил положить конец дискуссии, явно раздражённый тем, что подобные вопросы до сих пор задают.

В пятницу 12 июня он приехал на форум в поддержку решения о двух государствах, организованный Министерством иностранных дел Франции, потому что нужно снова и снова повторять — всем ветрам назло, невзирая на бомбы и ракеты, — что мир невозможен без взаимного признания Палестины и Израиля. А иначе — что?

Палестинцы сбросят израильтян в море?

Израильтяне депортируют палестинцев в Египет, Ливан, Сирию и Иорданию?

Один из этих народов истребит другой до последнего человека — что и будет самым настоящим геноцидом?

К счастью, все эти чудовищные сценарии не имеют никакого отношения к реальности. И хотя идея двунационального государства выглядит заманчиво, она попросту неосуществима, поскольку палестинцы так же привержены идее национального государства, как и израильтяне.

Решение о двух государствах — единственно возможное. Другого нет. И поэтому оно снова выходит на первый план — слишком медленно, но верно. ХАМАС рассчитывал похоронить эту идею резней 7 октября. Правые и ультраправые силы Израиля надеялись стереть из памяти саму возможность такого решения, забрасывая Газу бомбами и терроризируя Западный берег, — но ни тем, ни другим это не удалось.

Решение, в которое ещё совсем недавно почти никто не верил, сегодня объединяет новых сторонников мира — израильтян и палестинцев. Всё больше государств, во главе с Францией, включают его в повестку дня, и вторая причина возрождения этой утопии заключается в том, что варварство заводит в тупик.

Спланированная ХАМАСом бойня не придала ни сил, ни импульса палестинскому национальному движению, — напротив, она обрекла сотни тысяч семей на ужасную трагедию. А каковы результаты действий Нетаньяху?

Он полагал, что сможет воспользоваться 7 октября, чтобы раз и навсегда ликвидировать ХАМАС, восстановить контроль над Газой, разгромить союзников Ирана и свергнуть его режим. Однако  ХАМАС и Хезболла выжили, хоть и были существенно ослаблены.  Война, которую Трамп надеялся выиграть одним махом, не привела к падению иранского режима, а репутация Израиля в мире существенно пострадала.

Нетаньяху оказался не лучшим стратегом, чем ХАМАС. И что теперь Израилю делать с жителями Газы — брошенными, лишёнными всего, живущими на руинах, кишащих крысами? Неужели превратить их в горничных и спасателей на пляжах трамповской Ривьеры? Вопрос риторический. И как террористы из израильских ультраправых кругов собираются поступить с фермерами Западного берега, которых они так мечтают согнать с их земель?

Они не знают ответа. Вот и получается, что запятнанные кровью, недобрые пастыри обоих народов больше ничего не могут им предложить. Они стали политическими банкротами. Выборы в Палестине и Израиле в ближайшие месяцы приведут к власти новых лидеров. Их задачей станет осознание краха экстремизма и поиск выхода, чтобы вновь проложить пути к миру.

Израильтяне и палестинцы, люди доброй воли, которых Франция собрала под лозунгом «Два народа, два государства, одно будущее», — сегодня лишь горстка утопистов. Но все же реалистическое решение в их власти.  Им надо помогать. Им необходима международная поддержка — и прежде всего европейская, поскольку Европа является главным торговым партнёром Израиля и главным финансовым донором Палестинской автономии.