—

Ещё вчера ЕС обвиняли в том, что он перегибает палку. Сегодня осуждают за то, что он неспособен принять вызов. «Где он, этот Евросоюз? Что он делает? Здравствуй, раскол!» — слышится отовсюду в тот момент, когда европейцы чувствуют угрозу со стороны Путина, пребывают в ужасе от кровопролития в Иране, обеспокоены отступлением международного права и постоянно подвергаются вызовам, в первую очередь со стороны Дональда Трампа, очередная прихоть которого – ввести таможенные пошлины, чтобы заставить нас смириться с аннексией Гренландии.

Европейцы, в большинстве своем, категорически отказывались превращать ЕС в политическую и военную силу, но теперь внезапно захотели, чтобы он стал мощным федеративным государством, то есть Соединёнными Штатами Европы, тем самым монстром, с которым, как они раньше считали, следует бороться.

В конце концов, вчерашним атлантистам можно напомнить, что они сами преградили путь общей обороне; евроскептикам — что именно из-за них политический союз так и остаётся делом будущего; британцам — что они вступили в ЕС лишь затем, чтобы помешать его консолидации, и вскоре вышли из него, а французам — что это они в 1954 году отвергли Европейское оборонное сообщество, благодаря которому мы могли бы с самого начала создать политический союз.

На ошибках прошлого можно много чему научиться. Однако сейчас самое срочное — не это.

Важнее всего перестать недооценивать самих себя.

Мы сумели ответить на ослабление Трампом Североатлантического альянса и на вторжение Путина в Украину, заложив основы общей обороны. Нам ещё не удалось вложить в неё достаточно средств, и нам не хватает на это решимости, но все же мы это сделали и сумели, хоть и далеко не в полном объеме, вооружить Украину, обеспечить её финансированием, занять средства, чтобы предоставить ей 90 миллиардов евро, и поддержали ее прошлым летом, когда Белый дом попытался вынудить ее пойти на капитуляцию, о которой так мечтает Кремль.

Благодаря немедленной реакции 25 из 27 стран ЕС, при поддержке Великобритании, Канады, Норвегии и Австралии украинцы смогли противостоять давлению со стороны России и США. На этом успехе нам и надо сосредоточить свое внимание, а не на том второстепенном факте, что Чехия, как ранее Венгрия и Словакия, подчинилась Кремлю.

Несмотря на колоссальное отставание, на которое нас обрекла слепота националистов, атлантистов и евроскептиков, нам удалось навязать Трампу определённое соотношение сил. Это оказалось возможным потому, что американская экономика, прежде всего ее высокотехнологичный сектор, не может обойтись без 450 миллионов потребителей единого европейского рынка, и в случае торговой войны США потеряют столько же, а то и больше, чем мы.

Даже Трамп должен понимать, за какую черту ему не следует заходить, тем более что, разрушив НАТО или лишив Украину американских разведданных, он окончательно дискредитирует США, утратив доверие всех союзников, прежде всего в Азии.

Даже без общей обороны, даже без институтов, способных отвечать на современные вызовы, мы по-прежнему незаменимы для Соединённых Штатов, которые со времён Гражданской войны еще никогда не были настолько разобщены, тогда как мы, напротив, никогда не были столь едины — даже во времена Римской империи.

Белый дом не может это игнорировать, и поэтому отправка европейского контингента в Гренландию, даже если она и носит символический характер, имеет куда большее значение, чем может показаться. Это означает, что мы готовы защищать с оружием в руках суверенитет этой европейской страны от любой попытки насильственной аннексии.

Это послание прозвучало столь недвусмысленно, что Трамп решил вернуться к своим таможенным страшилкам. Он не готов пойти на политический риск вооружённого столкновения с европейскими союзниками США в преддверии промежуточных выборов, учитывая, что он теряет позиции в опросах и 83 % американцев отказались бы даже покупать Гренландию.

Евросоюз должен сделать больше, гораздо больше.

Евросоюз должен не реформироваться, а переосмыслить себя.

Нам предстоит проделать огромную работу, но давайте перестанем видеть исключительно свои слабости, не замечая сильных сторон. Давайте перестанем предрекать неизбежную победу «Национального объединения» во Франции и АдГ в Германии. Давайте перестанем считать, что мы мертвы и похоронены, ведь вместо того, чтобы сломаться под натиском множества вызовов, мы становимся все сильнее — еще недостаточно, увы, это правда, но гораздо сильнее, чем нам кажется.

Фотография Polina Tankilevitch