Сплотившись против Трампа и Путина, Европа должна выстроить общую промышленную политику по отношению к Китаю

.

Этот беспорядочный и совершенно непродуманный рывок в Пекин — ровно то, чего делать не следовало бы. Сначала туда отправился глава австралийского правительства. За ним поспешили президент Франции и премьер-министры Ирландии, Канады и Великобритании. Вскоре их примеру последует канцлер Германии, а за ним и многие другие, потому что ситуация предельно ясна.

В 2024 году европейцы зафиксировали торговый дефицит с Китаем в размере более чем в 300 миллиардов евро. В прошлом году он не сократился, и в этом году не заметно ни малейших признаков изменений к лучшему. У Евросоюза сегодня есть все основания стремиться побыстрее сдержать китайский натиск, но его государства-члены опасаются ответных мер, поскольку всем им жизненно необходимо наращивать экспорт в Пекин. Как и Австралия с Канадой, каждое из них пытается опередить остальных, расставляя свои фигуры в игре, которая всё больше напоминает братоубийственную схватку.

Красная дорожка, широкие улыбки — Си Цзиньпин уже не скрывает своей радости. Поневоле поверишь тому, что говорят о европейцах — «разобщённые», «наивные», «главные проигравшие при смене эпох». И всё же именно они сумели сорвать американо-российский план капитуляции Украины и заставили Трампа отступить по вопросу Гренландии. Чем же объяснить тогда тот факт, что, объединившись против Трампа и Путина, они оказались настолько разобщены перед лицом Си, что избавили его от необходимости применять принцип «разделяй и властвуй»?

Дело в том, что для отражения агрессии достаточно скоординировать свои действия, тогда как для переговоров на равных с Китаем ЕС должен сначала стать полноценной политической силой. Найти оружие и деньги для поддержки Украины было нелегко, но все-таки реально — пусть это и произошло слишком поздно и в недостаточном объёме. Сказать «нет» Трампу по поводу Гренландии было непросто, но даже Виктор Орбан не решился сказать ему «да». А вот в отношениях с Си Евросоюз тонет под тяжестью собственных слабостей.

Без общей промышленной политики мы не в состоянии вести с Китаем переговоры о торговом компромиссе, который защитил бы наши приоритетные отрасли и при этом поддержал бы жизненно важный экспорт.

Без совместного продвижения промышленных гигантов, способных противостоять тем, кого поддерживает китайская государственная власть и монетарная политика, мы находимся в позиции слабости — и становимся еще слабее.

Без общей научно-исследовательской политики конкуренция с Китаем касается уже не цен на футболки, а области технологических инноваций, что мы видим, в частности, на примере его электромобилей.

Без общего рынка капитала мы не способны инвестировать совместно и в долгосрочной перспективе в объёмах, сопоставимых с теми, которыми располагает китайское руководство.

Мы — всего лишь пазл, тогда как Китай —государство. Хотя наш ВВП превышает китайский, неверно считать второй экономической державой мира Евросоюз: ею является Китай, потому что он способен проводить единую экономическую политику, тогда как мы по-прежнему не в состоянии говорить с ним единым голосом.

Между тем, всё к этому нас обязывает: экономика, так как дисбаланс в наших торговых отношениях стал неприемлемым, и политика, поскольку в условиях, созданных Трампом, нам необходимо иметь возможность иного партнерства.

Именно так де Голль поступил с СССР, чтобы избавиться от американской опеки. Именно так Никсон действовал с Мао, чтобы обойти Кремль. Именно так надо поступить и нам — но для этого нужно перестать паниковать. Прежде чем бросаться на ближайший рейс в Пекин, нам следовало бы выработать общую переговорную базу с Китаем, и сделать это без промедления, то есть не в формате «27», а в узком кругу — с участием главных торговых партнёров Пекина.

Именно так де Голль поступил с СССР, чтобы избавиться от американской опеки. Именно так Никсон действовал с Мао, чтобы обойти Кремль. Именно так надо поступить и нам — но для этого нужно перестать паниковать. Прежде чем бросаться на ближайший рейс в Пекин, нам следовало бы выработать общую переговорную базу с Китаем, и сделать это без промедления, то есть не в формате «27», а в узком кругу — с участием главных торговых партнёров Пекина.

Изображение от netsay @ Deviantart

English Français Polski Deutsch

Сплотившись против Трампа и Путина, Европа должна выстроить общую промышленную политику по отношению к Китаю

.

Этот беспорядочный и совершенно непродуманный рывок в Пекин — ровно то, чего делать не следовало бы. Сначала туда отправился глава австралийского правительства. За ним поспешили президент Франции и премьер-министры Ирландии, Канады и Великобритании. Вскоре их примеру последует канцлер Германии, а за ним и многие другие, потому что ситуация предельно ясна.

В 2024 году европейцы зафиксировали торговый дефицит с Китаем в размере более чем в 300 миллиардов евро. В прошлом году он не сократился, и в этом году не заметно ни малейших признаков изменений к лучшему. У Евросоюза сегодня есть все основания стремиться побыстрее сдержать китайский натиск, но его государства-члены опасаются ответных мер, поскольку всем им жизненно необходимо наращивать экспорт в Пекин. Как и Австралия с Канадой, каждое из них пытается опередить остальных, расставляя свои фигуры в игре, которая всё больше напоминает братоубийственную схватку.

Красная дорожка, широкие улыбки — Си Цзиньпин уже не скрывает своей радости. Поневоле поверишь тому, что говорят о европейцах — «разобщённые», «наивные», «главные проигравшие при смене эпох». И всё же именно они сумели сорвать американо-российский план капитуляции Украины и заставили Трампа отступить по вопросу Гренландии. Чем же объяснить тогда тот факт, что, объединившись против Трампа и Путина, они оказались настолько разобщены перед лицом Си, что избавили его от необходимости применять принцип «разделяй и властвуй»?

Дело в том, что для отражения агрессии достаточно скоординировать свои действия, тогда как для переговоров на равных с Китаем ЕС должен сначала стать полноценной политической силой. Найти оружие и деньги для поддержки Украины было нелегко, но все-таки реально — пусть это и произошло слишком поздно и в недостаточном объёме. Сказать «нет» Трампу по поводу Гренландии было непросто, но даже Виктор Орбан не решился сказать ему «да». А вот в отношениях с Си Евросоюз тонет под тяжестью собственных слабостей.

Без общей промышленной политики мы не в состоянии вести с Китаем переговоры о торговом компромиссе, который защитил бы наши приоритетные отрасли и при этом поддержал бы жизненно важный экспорт.

Без совместного продвижения промышленных гигантов, способных противостоять тем, кого поддерживает китайская государственная власть и монетарная политика, мы находимся в позиции слабости — и становимся еще слабее.

Без общей научно-исследовательской политики конкуренция с Китаем касается уже не цен на футболки, а области технологических инноваций, что мы видим, в частности, на примере его электромобилей.

Без общего рынка капитала мы не способны инвестировать совместно и в долгосрочной перспективе в объёмах, сопоставимых с теми, которыми располагает китайское руководство.

Мы — всего лишь пазл, тогда как Китай —государство. Хотя наш ВВП превышает китайский, неверно считать второй экономической державой мира Евросоюз: ею является Китай, потому что он способен проводить единую экономическую политику, тогда как мы по-прежнему не в состоянии говорить с ним единым голосом.

Между тем, всё к этому нас обязывает: экономика, так как дисбаланс в наших торговых отношениях стал неприемлемым, и политика, поскольку в условиях, созданных Трампом, нам необходимо иметь возможность иного партнерства.

Именно так де Голль поступил с СССР, чтобы избавиться от американской опеки. Именно так Никсон действовал с Мао, чтобы обойти Кремль. Именно так надо поступить и нам — но для этого нужно перестать паниковать. Прежде чем бросаться на ближайший рейс в Пекин, нам следовало бы выработать общую переговорную базу с Китаем, и сделать это без промедления, то есть не в формате «27», а в узком кругу — с участием главных торговых партнёров Пекина.

Именно так де Голль поступил с СССР, чтобы избавиться от американской опеки. Именно так Никсон действовал с Мао, чтобы обойти Кремль. Именно так надо поступить и нам — но для этого нужно перестать паниковать. Прежде чем бросаться на ближайший рейс в Пекин, нам следовало бы выработать общую переговорную базу с Китаем, и сделать это без промедления, то есть не в формате «27», а в узком кругу — с участием главных торговых партнёров Пекина.

Изображение от netsay @ Deviantart

English Français Polski Deutsch