Простите, господин Зеленский, но ответ — нет. Нам тяжело это говорить, но нет, Украина не может стать прямо сейчас полноправным членом Евросоюза.

Мы прекрасно понимаем, что вы отвергаете саму идею поэтапной интеграции или «символического» членства. Мы, разумеется, осознаем, что, сопротивляясь российской агрессии, украинцы уже четыре года защищают не только свои границы, но и границы Польши, стран Балтии — а значит, и всего ЕС. Мы знаем, скольким вам обязаны. Но поймите и вы нас: сказав вам «да», мы бы обрекли Евросоюз на распад — и мы ни в коем случае не можем, — ни мы, ни вы, — допустить возникновение такой угрозы.

Если Украина станет уже в январе двадцать восьмым государством — членом Евросоюза, пять стран Западных Балкан, а считая Сербию — шесть, будут вправе заявить, что они тоже не могут больше ждать. Евросоюзом и при 27 членах непросто управлять, а если их станет 34, то принцип единогласия, который никто не отменял, будет регулярно блокировать принятие решений.

В этом случае пришлось бы изменять договоры. И даже если в результате бесконечных переговоров удалось бы наконец достичь компромисса, одно или несколько государств-членов наверняка отказались бы его ратифицировать. Этот кризис парализует ЕС — и даже если допустить, господин президент, что мы сделаем исключение только для вас и обойдёмся без изменения договоров, значение украинского аграрного сектора столь велико, что страх конкуренции может настроить сельские сообщества против вступления в ЕС вашей страны.

ЕС в итоге может отказаться расширяться за счёт Украины и усугубит напряжённость на Балканах до такой степени, что откроет туда дорогу Трампу, Си Цзиньпину и Путину. Нужны ли нам такие риски? Разумеется, нет. Не следует делать столь щедрые подарки нашим противникам — но тогда что же?

Давайте мыслить масштабно. Откажемся от устаревших схем. Перестанем рассуждать в категориях расширения экономической зоны, живущей по единым правилам, и задумаемся о создании политического и военного объединения с разными уровнями интеграции. Те государства-члены, которые того пожелают, будут укреплять политические связи — фактически они уже делают это. Те, кто к этому не готов, ограничится рамками договоров, под которыми подписались при вступлении в ЕС.

Менять действующие тексты при этом не понадобится: те страны которые захотят более глубокой и скорой интеграции, смогут опираться на новые соглашения, обязательные только для них их, — и к этим соглашениям присоединятся страны, не являющиеся членами Евросоюза. Это настолько просто и очевидно, что совместные инициативы Парижа, Лондона и Берлина уже сейчас намечают именно такое направление.

Именно этим трём столицам мы обязаны созданием «коалиции желающих» в поддержку Украины, а затем и группы из примерно пятидесяти государств, готовых ,как только прекратятся боевые действия, обеспечить свободу судоходства в Ормузском проливе. Вместе с Польшей и Италией «Группа трех» превращается сегодня в «Группу пяти». За рамками договоров у ЕС теперь есть политический авангард, открывающий перед ним новые горизонты. Он невелик и, по мнению некоторых, почти элитарен, — но ряд крупных демократий, не входящих в ЕС, как и Великобритания, уже сближаются с ним, и атаки Трампа на Североатлантический альянс только пополнят его ряды.

Став за годы российской агрессии одной из ведущих военных держав, Украина по праву должна занять место рядом с теми, кто пытается заблаговременно подготовиться к последствиям трансатлантического раскола — последствиям, которые она первой испытала на себе. Украине необходимо углублять экономические связи с ЕС, не тратя времени на бесплодные дискуссии: её настоящее место в этом авангарде демократий.

Фото: Европейский союз